В руках заводоуковца Андрея Дубинина – дембельский альбом. Его обложку украшает изображение корабля «Александр Суворов», на котором наш земляк отслужил полтора года.

Сегодня, рассматривая пожелтевшие фотографии, он жалеет о том, что ему так и не довелось выйти на этом могучем крейсере в открытый океан...

Выпускник первой городской школы Андрей Дубинин в юности был романтиком. Правда, манили его не тёплые моря, а холодное безмолвие Севера. Поэтому и поступил он в Тюменское техническое училище № 7, где готовили специалистов нефтегазовой промышленности. После долго работал на буровых, открывая подземные кладовые. Но в этой северной эпопее был перерыв – три года флотской службы.

Первые шесть месяцев, проведённые в учебке во Владивостоке на острове Русском, наш земляк описал одним словом – жуть: злые старшины гражданскую вольницу из голов "салажат" выкуривали старательно. Но, удивительное дело, Андрей умудрился на отрезанном от всего мира острове, в самом центре главной базы Тихоокеанского флота... сходить в самоволку! И суровые командиры, узнав, что молодой матрос сбегал не просто так, а к земляку – заводоуковцу Олегу Зосимову, который учился в соседней школе связи, Андрея не наказали строго за проступок, ведь флотская дружба – дело святое.

– Учили нас на совесть, – говорит Андрей Анатольевич, – да я и сам старался не отставать. Думал: приду на корабль неумехой, как в глаза товарищам, командирам смотреть буду. В морском походе пробелы в знаниях устранять куда как труднее будет.

После учебки электрика приборов управления стрельбой зенитной артиллерии Андрея Дубинина распределили на крейсер "Александр Суворов" – корабль самый что ни на есть первоклассный, гордость Тихоокеанского флота.

Но в это время "Александр Суворов" был в ремонте. Команда вместо того, чтобы покорять морские просторы, приводила в порядок свой видавший виды крейсер. Именно матросы были, пожалуй, главной рабочей силой – кораблестроители Дальзавода занимались только самыми ответственными работами.

И вот в конце 1986 года, когда всё было почти закончено, грозный корабль блестел от киля до топов мачт новой краской, а истомившиеся в порту матросы мечтали о дальних плаваньях, пришёл приказ вывести крейсер из боевого состава и законсервировать.

– Обидно было, – признаётся Андрей Анатольевич. – Конечно, корабль этот старый и ему самое место в резерве – как проверенному в походах ветерану. Но ведь на ремонт крейсера огромные средства и силы были потрачены! Мы его, можно сказать, по винтику перебрали, а тут…

Морской простор Андрей Дубинин всё же повидал – обошёл Охотское и Японское моря на плавмастерской ПМ-147. Экипаж судна специализировался на наладке радаров и в этом деле, как говорится, "собаку съел". И знаток электроники зенитных пушек Андрей был тут не очень нужен. Но работу ему, конечно же, нашли – вместе с другими старослужащими и матросами-первогодками он отремонтировал и оснастил корабельную шлюпку – шестивёсельный ял. Под командой одного из офицеров не раз выходил моряк на нём в гребные походы, слушал, как свистит ветер в парусах, и ощущал себя настоящим морским волком…

С тех пор, как старшина первой статьи Дубинин сошёл на берег, прошло уже тридцать лет и три года. Но по ночам он нет-нет да и слышит, как хлопает кливер, скрипят вёсла в уключинах, чувствует солёные морские брызги на губах…