Материал «Сибири славный сын», посвящённый 100-летию нашего героического земляка Мартына Теплякова, вызвал отклики не только у заводоуковцев. Приходили они из Тюмени и даже из якутского Алдана, города в Дальневосточном федеральном округе.

В своём письме учитель истории Бигилинской школы Елена Черняева рассказала об интересном семейном предании рода Тепляковых. Его сохранили племянницы героя – Надежда Иноземцева и Клавдия Галимская, проживающие в деревне Дроновой и в посёлке Мичуринском.

Как пишет Елена Черняева, у сибирских старообрядцев женщина, оставшаяся вдовой, вступала в повторный брак с братом своего мужа. Дети, родившиеся от нового супруга, получали отчество умершего. Вдова и сироты были, таким образом, материально обеспечены, не возникало конфликтов у сводных братьев и сестёр – они были кровными родственниками – и сохраняли память о покойном.

Вот и дядя Мартына Теплякова Пантелемон Андреевич, по воспоминаниям родственников, погиб в 1904 году на ?русско-японской войне. Его брат Кирьяк женился на вдове и усыновил её детей Софью и Феофана. В семье родились ещё Еврамий и Мартын, которые получили отчество Пантелемоновичи (в честь дяди).

А вот тюменская журналистка Наталья Тереб в статье "Памятный январь Мартына Теплякова", опубликованной в газете "Тюменские известия", усомнилась в том, что отчество Мартын получил от дяди. В Тобольском архиве она нашла материалы всероссийской переписи населения 1897 года, которые сохранили память о 15 семьях Тепляковых, живших в деревне Дроновой в конце ХIХ века. Были среди них и братья Пантелемон, Харлампий, Малофей и Кирьяк. Причём младшему было всего 14 лет от роду, а старший, 24-летний Пантелемон Андреевич находился в это время в армии. Если учитывать, что в армию тогда призывали с 21 года, а служба продолжалась (в зависимости от рода войск) от пяти до семи лет, то на ?русско-японскую войну Пантелемон Тепляков попасть уже не должен был. Хотя, конечно, он мог сложить свою голову и в 1900 – 1901 годах в Китае при подавлении восстания ихетуаней, направленного против европейского засилья. Мог он быть мобилизован и в 1904 году после начала ?русско-японской, но в таком случае ему нужно было бы очень постараться, чтобы за пару лет жениться и родить двоих детей.

А дальше вообще начинается историческая неразбериха. В наградных документах, которые можно увидеть на сайте "Память народа" и в Заводоуковском краеведческом музее, речь уже идёт о командире отделения 467 стрелкового полка Мартыне Пантелеевиче Теплякове. Это же отчество значится и на могиле героя в деревне Дуброва Гомельской области в Белоруссии, и в книгах "Тюменцы – Герои Советского Союза" и "Герои Тюменского края". А вот на памятнике в посёлке Ленинском Алданского улуса, аллее Героев в Светлогорске Гомельской области и в якутской книге "Память" отчество героя – Пантелеймонович. В городе Алдане работал Феофан Тепляков, старший брат Мартына, который и переманил его на Дальний Восток в 1936 году. Он-то имя отца знать должен был? Однако в наградных документах Феофана отчество указано как Пантелемонович! Видимо, для Ф. Теплякова разница в одну букву была не принципиальна.

Журналистка Наталья Тереб предполагает, что писарь внёс в документы отчество Пантелеевич по политическим соображениям – как менее религиозное. Но проще допустить обычную описку. Большая часть бумаг оформлялась в то время со слуха, причём людьми, для которых четырёхклассное образование считалось просто блестящим. И очень многие действительно не понимали, чем Пантелеймон отличается от Пантелея, Кирьяк от Кирьяна, а Евстифей от Евстафия.

Ещё одна историческая загадка – откуда наш земляк был призван в армию. Во всех упомянутых книгах написано, что Мартын Тепляков призывался Алданским райвоенкоматом. Такие же воспоминания сохранил и Феофан Пантелемонович. Мартын работал на государственных предприятиях – Ленинском и Верхне-Сталинском приисках, соответственно и прописан должен был быть в Якутии. Но Елена Черняева, Наталья Тереб и, что самое главное, сайт "Память народа" – интернет-портал ?министерства обороны России утверждают, что Мартын Пантелеевич был призван 1 января 1940 года Новозаимским РВК Омской области. И по воспоминаниям племянниц Мартына Теплякова у них в доме хранилось пальто с котиковым воротником, которое тот оставил, когда уходил в армию. Правда, они же вспоминают, что дядя родню не забывал, присылал деньги и подарки. Может быть, модное пальто Кирьяк Андреевич хранил как память о сыне (или племяннике?)

За разъяснениями я обратился к работникам Заводоуковского краеведческого музея.

– Обо всех этих неясностях в биографии Героя Советского Союза М. Теплякова мы, конечно, знаем, – сказала экскурсовод Татьяна Воеводина. – К сожалению, единственный источник, которым располагает музей – Грамота Верховного Совета о награждении Мартына Теплякова Золотой Звездой Героя и другие наградные документы. В них он числится как Пантелеевич. Мы, историки и музейщики, – люди книги. Для нас то, что написано пером – топором не вырубишь. И опровергнуть документ можно только другим документом. Что же касается свидетельств старожилов, то человеческая память несовершенна. И что говорить о воспоминаниях 90-летних ветеранов, если побывавшая на юбилейных мероприятиях в Дроновой тюменская журналистка интересовалась у сотрудников нашего музея, как же отчество у… Макара Теплоухова (!) – Пантелемонович, Пантелеймонович или Пантелеевич?

Вот сколько загадок и противоречий таит в себе биография одного достаточно известного человека. Поэтому поле для научных исследований и открытий здесь есть и очень большое. И замечательно, что этой работой интересуются молодые земляки Мартына Теплякова, о которых и рассказала наша предыдущая публикация.