«Мы землю не пашем, мы с бичика живём,» –  говорили о себе в ХVIII столетии многие жители Уковского Завода, занимавшиеся ямской гоньбой. И на рубеже ХIХ – ХХ веков извоз был вторым по значению после земледелия видом деятельности в деревнях, расположенных вдоль Сибирского тракта.

Почти в каждом селе жили, как их тогда называли, извозопромышленники, круглосуточно готовые к перевозке пассажиров и грузов. Некоторые крестьяне занимались почтовой и обывательской гоньбой в свободное от хлебопашества время, другие же считали её единственным видом дохода. Так, в 1894 году из 580 жителей деревни Горюновой (ныне село Горюново) 44 официально занимались извозом. В Пономарёвой извозчиков было 15 из 140 жителей, в Новой Заимке – 135 из 1 364, в Шестаково – 51 из 600, Падуне – 19 из 782, Бигилие – 42 из 713, Колесниково – 49 из 1 411. В селе Заводоуковском из 571 обитателя извозом жили 44 человека. Среди них были Кузьма Демьянов, Алексей Дружинин, Василий и Маркел Ермаковы, Михаил Иванов, Михаил и Иван Кузнецовы, Никита и Фёдор Осинцевы, Андрей Ренёв, Пётр Шабанов и другие.

У ямщиков существовали особые корпоративные правила. Желающие заниматься извозным промыслом для начала должны были предоставить в волостное правление справку о том, что со стороны полиции нет возражений, затем внести определённую плату, получить свидетельство и жестяной ярлык с выбитым номером. По правилам кандидатам должно было быть не менее 17 лет, но из Всеобщей переписи населения 1897 года следует, что "таксовали" в нашем крае и подростки 13-16 лет, причём не только парни, но и девушки. Владельцам извозного промысла запрещалось нанимать лиц пьющих и с дурной репутацией, а также сосланных в Сибирь за кражу или убийство.

Проходил своеобразный "техосмотр" и экипаж. Его  следовало проверить на прочность, устранить неисправности, грозящие здоровью клиентов. Также и одежда извозчика должна была быть "не изорвана и вообще приличная".

Для "таксистов" тех времён устанавливались и правила дорожного движения: подъезжать к клиенту следовало по очереди, а не устраивать скачки. При движении нужно было держаться правой стороны, при этом ехать умеренно-скоро и осмотрительно. В противном случае извозчики подвергались штрафам и наказаниям.

На рабочем месте следовало быть трезвым, не надоедать проходящим с предложением своих услуг, не насмехаться, не кричать, не свистеть и не нарушать общественный порядок и тишину. Извозчик обязан был бесплатно везти полицейских, преследующих воров, грабителей и других подозрительных личностей, а также по требованию правоохранителей отвозить найденных на улице больных, пьяных и скоропостижно умерших.

Каковы же были расценки для желающих прокатиться? В 1913 году ялуторовские извозчики брали за первый час 35 копеек, за каждый последующий –  ещё по 20. Во время Рождества Христова, Пасхи, Нового года и Масленицы цены взлетали почти в два раза. В ночное время ставка повышалась на 10 копеек. За означенную плату везли двух взрослых пассажиров и двух детей до 10-летнего возраста.

В годы Первой мировой тарифы извозчиков выросли в среднем на 10 копеек. А когда в крае началась Гражданская война, извозный промысел вообще пришёл в упадок. И красные, и белые забирали в армию не только мужчин призывного возраста, но и лошадей, телеги и сани. Да и на дорогах стало опасно – вооружённые разбойники "экспроприировали" не только перевозимые грузы, но и экипажи.

Елена ЕРМАЧКОВА, кандидат исторических наук,  г. Заводоуковск. Фото из архива автора